Русское Агентство Новостей
Информационное агентство Русского Общественного Движения «Возрождение. Золотой Век»
RSS

Герои нашего времени – простые русские солдаты (видео)

1 мая 2017
1 482
Герои нашего времени – простые русские солдаты

Обвинение просило для них два с лишним года реального лишения свободы. Суд приговорил к тремстам часам исправительных работ. Обыватель, то есть мы с вами, пожал плечами: а как могло быть иначе, если папа главного фигуранта — вице-президент нефтяной компании? Известно же, с сильным не борись, с богатым не судись.

Сам же фигурант сначала угрожал стражам порядка звонком главе МВД, в случае если они не отстанут от его сына, потом просил забыть пятичасовую гонку на «Геллендвагене» как «маленькое недоразумение». Короче, никак не хотел выдавать сыночка. «Переговоры» длились четыре часа, и только приезд двух подразделений ОМОНа вынудил заботливого отца подчиниться полицейским

У нас уже стало нормой в любых сложных ситуациях кидаться на помощь ребенку. Даже если он уже взрослый человек, даже если в этой ситуации виноват он сам и должен ответить за свои поступки. Сегодня никто не постесняется признаться, что сумел «откосить» свое чадо от армии. Вот такой патриотизм.

Сергей и Карен

Именно поэтому я хочу рассказать вам о сыновьях не просто знаменитых, а выдающихся родителей. Одного звали Сергей Говорухин, другого — Карен Таривердиев. Ни того, ни другого уже нет среди нас. Один был, как и отец, кинорежиссером, другой — офицером спецназа ГРУ. Но, по большому счету, оба были просто солдатами.

У кого возникнут сомнения в том, что и Станислав Говорухин, и Микаэл Таривердиев могли одним телефонным звонком вообще избавить сыновей от армии, не говоря уж об Афганистане? Могли, но не сделали этого. Когда Микаэла Левоновича спросили, как же это он не уберег сына от Афгана, он ответил: «А что я скажу: не посылайте моего сына на смерть, а пошлите сына уборщицы?» Больше ему подобных вопросов никто не задавал.

А Сергей Говорухин сам умолял в рапортах, чтобы его отправили в Афган, но служить ему пришлось на Дальнем Востоке. Впрочем, свои войны он нашел позже, уже закончив сценарный факультет ВГИКа: в качестве военного корреспондента он участвовал в боевых действиях на территории Афганистана, Таджикистана, Югославии, Чечни, Кабардино-Балкарии и Дагестана и снимал, снимал, снимал... Чтобы все мы, уютно расположившиеся на диване, смогли увидеть подлинное лицо войны, без прикрас, без пропаганды. В девяносто пятом году в Чечне он был ранен, ногу пришлось ампутировать. Из шестнадцати его командировок на войну — в тринадцати он был уже после ранения, на протезе. Подвиг? Безусловно. Но кто об этом сегодня знает и помнит? Кто знает, что Сергей Говорухин был награжден орденом Мужества и орденом Сергия Радонежского III степени, медалями «За отвагу», «За воинскую доблесть», «За участие в контртеррористической операции», отмечен и другими наградами?

Красная Звезда

Герои нашего времени – простые русские солдаты

Таривердиев Карен Микаэлович

Карен Таривердиев, окончивший Рязанское высшее воздушно-десантное училище, майор ГРУ, награжденный орденом Красного Знамени, двумя орденами Красной Звезды, пятью медалями, сам так рассказывает о своих наградах: «Вот Знамя — это пыль горной дороги, где я в нарушение боевого приказа, видя полную бесперспективность указанного места, которое мне приказали оседлать по карте, изменил место засады на три километра южнее и через два часа раздолбал караван с ракетной установкой, которая сейчас стоит в музее Советской Армии. Представляли на Героя Советского Союза, но не утвердили представление и решили, что Красным Знаменем обойдусь... Вот Красная Звезда — это я поднял в атаку семь солдат среди белого дня на хренову тучу духов, потому что они захватили наших раненых, а раненых нельзя было бросать. В той цепи я был восьмым. Духи обалдели от такой наглости и отошли... Раненых мы спасли, правда, один умер от потери крови на месте, а еще одного мы не сумели довезти до госпиталя, потому что у него началась газовая гангрена. Ему попала разрывная пуля в бедро и разворотила его напрочь... Я видел, как на глазах пухнет и синеет его нога, но ничего не мог сделать. И никто ничего не мог сделать. Он умер через полчаса. В той атаке я сам был ранен, но ничего, обошлось малой кровью. Подумаешь, четыре месяца госпиталя. Людям и покруче приходилось... А вот еще одна Красная Звезда. Это мы ходили в горный укрепрайон с задачей отвлечь на себя внимание. Нас было шестнадцать... Мы отвлекли внимание и приковали его к себе... На отходе мы подорвались на минном поле. Трое было ранено, один погиб».

От спокойствия и обыденности, с которыми ведется этот рассказ, начинается озноб. Карен Таривердиев, сын выдающегося советского композитора, — просто солдат, рядовой майор, как он сам себя называл.

«Возвращаюсь в эти горы,

В их погибельный восход,

В наши споры, наши ссоры,

В тот отдельный разведвзвод,

Что ушел по небосклону

В девяносто пятый год…»

Это стихи Сергея Говорухина. Странно, но очень многие из прошедших через страшные гибельные перевалы войны хотели бы вернуться назад. Такое невозможно представить себе с ветеранами Великой Отечественной. Почему? Наверное, потому что наши деды и прадеды возвращались с войны в мир, где можно было не изменять своим принципам, своему солдатскому кодексу чести. А наши современники… Они возвращались уже в мир совершенно иной. Однажды Говорухин-старший, получив новую должность, прислал сыну роскошную визитку — «Станислав Сергеевич Говорухин — Президент гильдии кинорежиссеров». А Сергей тут же перевернул визитку и мгновенно написал отцу ответ на обратной стороне: «Сергей Станиславович Говорухин — ошибка Президента».

Они рвались на войну, потому что именно там могли быть самими собой, настоящими: «Уцелевшим, вернувшимся с войны солдатам уже не вписаться в эту действительность. Жившим по законам совести, им не найти места на этой ярмарке тщеславия. И потому их война не окончена. Для чего я говорю об этом? Что пытаюсь доказать? Мир давно сузился до размеров малогабаритного счастья, и границы его непоколебимы. Мы были гражданами страны. Плохой, хорошей ли, но страны. Мы стали гражданами квартиры» (Сергей Говорухин).

Счастливые годы

Парадоксально, но и Карен Таривердиев называл годы, проведенные в Афганистане, самыми счастливыми: «Потому что я там был нужен. Потому что там не было права на ошибку. Тем более у начальника разведки. Потому что я там жил полной жизнью. Потому что тогда не было ощущения, что все, что окружает вокруг, — это только суррогат. У меня вообще впечатление, что я погиб в Афганистане — тогда, на последнем подрыве, а все что сейчас — это не со мной. Это с каким-то другим человеком. А то, что у нас с этим человеком облик схожий, фамилия одинаковая, — так это какая-то ошибка Господа Бога. Одним словом, меня того, какой я был в Афганистане, уже нет. А этот? Этот мне не всегда нравится... Такие вот дела».

В Афгане Карен Микаэлович получил множество тяжелейших ранений, которые мучили его до последних дней жизни. Как сам он говорил: «У меня половина внутренностей вырезана». Но когда после первого тяжелого ранения отец спросил, неужели он хочет вернуться назад, Карен ответил просто: «Если я не вернусь, у моих ребят будет новый лейтенант, которого пришлют из училища и который еще не имеет моего опыта. Кто даст гарантию, что он их не угробит?» И отец сказал: «Возвращайся».

«Прокляты и забыты» — это фильм Сергея Говорухина о чеченской войне. Название фильма он объяснял просто: наши солдаты прокляты и убиты в Чечне, а забыты в Москве. Действительно, вспомните, как «романтично» называли тогда в СМИ боевиков: «повстанцы», «полевые командиры». А для наших солдат и офицеров существовало лишь обезличенное и бездушное «федералы». Сергей хотел показывать правду такой, какой ее видел: «Делал так, как это вижу и как считаю нужным, перемешивал самые разные кадры, сталкивал съемки из Таджикистана со съемками из Чечни, противопоставлял их московским тусовкам, которые так ненавижу. Меня за это потом просто в грязь втоптали. Я пытался защищаться. Я же снимал не посетителей консерватории и не домохозяек, жарящих по утрам яичницу. Я взял всю мерзость и грязь нашего общества. Ибо считаю, что это для всех нас огромная угроза. Идет вал бездуховности. Еще немного, и он нас накроет…»

Без фальши

Они оба не приняли тех новых правил игры, которые навязывало им общество. Они не терпели фальши и трусости, продажности и холуйства. Они оказались изгоями в стране, за которую были готовы умереть: «Когда я умру — поставьте над моей могилой обыкновенный, сваренный из нержавейки, обелиск с красной жестяной звездочкой. Не из-за принадлежности к какой-либо политической партии, а лишь потому, что душа моя и мысли навсегда остались в той эпохе. Я пережил свою эпоху на пятнадцать лет. Вероятно, буду жить и дальше. В бесконечном противоречии с окружающим миром, которого никогда не сумею постичь. Раньше я не принимал эмиграции. Оборвать связь с родиной казалось мне невозможным. И вот я стал эмигрантом своей эпохи», — напишет Сергей Говорухин. «Господи! Что ты сделал с моей страной? И почему же теперь так хреново!» — буквально прокричит в своем дневнике Карен Таривердиев.

Сергею Говорухину было пятьдесят, когда он умер. Карену Таривердиеву — немного больше. Они никогда не прятались за спины своих знаменитых отцов, но, идя своим собственным путем, сумели стать вровень с отцами. Я только одного не понимаю: почему они не стали героями нашего времени? Видимо, время не то.

«Мы круг смыкая, не уходим,

строкою прорастая в вас.

Нам в лист учетный пишут: «Годен,

отправлен временно в запас».

 

Русский характер - Сергей Говорухин - памяти мастера

Поделиться: