Марышев: Катар без проблем заменит европейское направление с СПГ

США и Катар – в пятерке лидеров по поставкам СПГ на европейский рынок. Однако перед ЕС внезапно замаячила перспектива столкнуться с острым дефицитом. Причем из-за действий Брюсселя.

Поводом послужила недавняя Директива о комплексной проверке корпоративной устойчивости, предусматривающая, в частности, наказание за несоблюдение требований по сокращению выбросов углерода.

Документ обязует "выявлять и устранять ущерб правам человека" и окружающей среде, "возникающий в результате деятельности крупных компаний, их дочерних структур и партнеров". Все это – часть общей программы достижения нулевых выбросов в атмосферу к 2050-му.

Директиву включат в законодательство ЕС в июле 2026-го и приведут в действие с 2027-го. За нарушение штраф – до пяти процентов годового оборота.

Катар, четвертый по объемам поставщик СПГ в Старый Свет, еще на стадии разработки документа предупреждал, что может приостановить экспорт из-за причуд Брюсселя.

Как поясняет Павел Марышев, член экспертного совета при Российском газовом обществе, компании, которые ввозят продукцию в ЕС, должны полностью соответствовать внутренним ESG-стандартам. Так добиваются снижения углеродного следа.

Однако политика США и Катара в области энергетики выстроена вокруг традиционных углеводородов. Поэтому полного соответствия завышенным стандартам от экспортеров ждать не приходится, указывает эксперт.

Вашингтон и Доха повторили: это прямая угроза европейской экономике, ее конкурентоспособности и энергетической безопасности.

Обоих экспортеров, заметно нарастивших продажи с 2022-го, беспокоит и другое обстоятельство: второй крупнейший поставщик сжиженного природного газа в Европу – по-прежнему Россия.

По данным Института энергетической экономики и финансового анализа (IEEFA), в 2024-м 46 процентов импорта СПГ обеспечили США, 16 – Россия, 11 – Алжир, десять – Катар, пять – Норвегия, четыре – Нигерия. При этом Европа сократила поставки из США (на 18 процентов), Катара (на 30), Нигерии (на 35) и Алжира (на четыре). А вот закупки в России и Норвегии увеличили на 12 и 11 процентов соответственно.

Благодаря развитию возобновляемых источников энергии и политике, направленной на ограничение потребления газа, с 2021-го по 2024-й спрос снизился на 20 процентов. В Европе строят или расширяют терминалы СПГ, чтобы ослабить зависимость от топлива из России. Однако импорт СПГ оттуда с 2022-го увеличился, констатировали в IEEFA.

Это, разумеется, нервирует, Вашингтон и Доху. Особенно с учетом того, что оба государства рассчитывали откусить еще больше европейского газового пирога.

США, в частности, возмущает то, что Европа рискует нарушить достигнутые договоренности в рамках торговой сделки относительно закупок энергоносителей. А их Брюссель обязался приобрести на 750 миллиардов долларов.

"Мы не сможем вести бизнес в ЕС, включая поставки СПГ для покрытия энергетического дефицита, если правила не изменят", – подчеркнул министр энергетики Катара Саад аль-Кааби.

Европа рискует недосчитаться и американских поставок. Как отмечает Ермилов, условия сделки об увеличении импорта заокеанских энергоносителей едва ли нарушат напрямую. Скорее всего, сами экспортеры предпочтут сократить торговлю с ЕС.

При этом США по сравнению с Катаром в менее выгодном положении. Терминалы на побережье Мексиканского залива ориентированы в основном на Европу. А вот острая реакция Дохи, по мнению наблюдателей, – отнюдь не бравада.

С учетом планов по отказу от российских энергоресурсов ЕС вряд ли станет рисковать энергетической безопасностью, полагают аналитики.

А собственная добыча на шельфе Северного моря неуклонно сокращается, поставки из Норвегии, скорее всего, достигли пика или близки к нему (91 миллиард кубометров в 2024-м), трубопроводы из Алжира и Азербайджана не позволят закрыть дефицит, напоминает Ермилов.

Эксперты не исключают, что "стоимость" директивы экспортеры в конечном итоге заложат в цену поставок. Однако до прекращения импорта не дойдет. Европе в любом случае придется проявить гибкость – на кону выживание сжимающейся экономики.